В заводской инструкции к ГАЗ-53 было чёрным по белому: третью и четвёртую передачи включать не торопясь, с задержкой, а вверх — с двойным выжимом сцепления. Это при том, что именно на этих двух передачах синхронизаторы стояли.

На первой и второй их не было вовсе, и там двойной выжим был уже не советом, а единственным способом воткнуть передачу без хруста. Тахометра в кабине тоже не было, так что обороты ловили на слух.

Холод, жара и разговоры жестами

Теплоизоляции в кабине практически не было. Зимой пальцы немели на руле, летом внутри стояла парилка. Водители снимали обшивку дверей, набивали внутрь пенопласт и ставили обратно — заводу до этого дела не было. Мотор ревел так, что с пассажиром разговаривали жестами и отдельными выкриками. Городской человек, впервые прокатившийся на «Газоне», приходил в себя ещё часа полтора.

Сиденье в кабине было одно на всех — сплошная лавка на двоих. Обивка из поролона и вспененной резины быстро проминалась до деревянного основания. Регулировок не было никаких, разве что открутить винты и переставить. Поясница на такой лавке затекала за первый час, а к концу смены спина стояла колом.

Руль большой, наклонён вперёд под неудобным углом, и никакого усилителя. Пока кузов пустой, баранку ещё можно провернуть руками. С полной загрузкой поворот превращался в упражнение на весь корпус: водитель упирался ногами в пол и наваливался на руль плечами. Зато без гидравлики и течь было нечему — на селе это ценили, но плечи и руки к вечеру болели.

Сзади амортизаторов у машины не было, вместо них стояли дополнительные рессоры. Каждую кочку сиденье передавало прямо в спину, боковой поддержки не было, и на грунтовке водителя мотало по лавке из стороны в сторону.

За это грузовик и прозвали Табуреткой. Шофёров после смены узнавали по походке: одни прихрамывали на левую ногу, другие шли вразвалку, покачиваясь, как утки.

Почему левая нога страдала больше всех

Двойной выжим выглядит так: выжал сцепление, вывел рычаг в нейтраль, отпустил педаль, снова выжал и только теперь включил передачу. При переходе вниз в нейтрали ещё и подгазовывают, чтобы уравнять обороты.

На шоссе это терпимо, передачи там трогают редко. На колхозной грунтовке рычаг дёргали каждые 100–200 м, и почти всё время машина шла на первой и второй. Педаль сцепления при этом лёгкой не была. К вечеру левая нога уставала так, что из кабины шофёр выбирался прихрамывая, особенно если в возрасте.

Опытные водители со временем вообще переставали трогать сцепление: сброс газа, пауза, и рычаг сам входил в следующую передачу. Но такому учились не сразу, а первые месяцы нога получала своё сполна.

На ГАЗ-52, который ходил с той же кабиной, но со старой коробкой от ГАЗ-51, было ещё хуже: там синхронизаторов не стояло ни на одной передаче, а прямозубые шестерни выли на ходу. Так что 53-й с его двумя синхронизированными ступенями считался ещё и прогрессом.

За что ругали помимо кабины

У бортовой версии между досками кузова оставались щели в 2–3 см. Зерно, песок, цемент без подготовки не повезёшь: приходилось стелить брезент или обивать борта железом. Доски быстро изнашивались, а материал на починку водитель искал сам.

Мотор ругали за обратное — за экономичность. Расход у поздних ГАЗ-53 установили в 21 л на сотню против почти 26 л у ГАЗ-52. Лишнего бензина, который в колхозе шёл за валюту, у водителя больше не оставалось. Старые моторы прощали и бензин пополам с керосином, а новый за такие опыты отвечал капитальным ремонтом.

Чем отличался ЗИЛ-130

Всё то, чего не хватало ГАЗ-53, в те же годы уже сходило с конвейера в Москве. ЗИЛ-130 получил гидроусилитель руля, синхронизированную 5-ступенчатую коробку, нормальную печку и мягкий диван.

Водители морщились, когда их пересаживали из московской машины в горьковскую даже на время, а получив возможность уйти на «Зилок» насовсем, уходили почти все.

При этом ГАЗ-53 выпускали больше 30 лет и собрали свыше 4 млн штук, а гидроусилитель на горьковском грузовике появился только в 1989 году на ГАЗ-3307. Там же впервые в семействе поставили подрессоренное сиденье с регулировкой наклона спинки. Все 4 млн ушли к водителям без усилителя и с лавкой вместо сиденья.

Как шофёры доводили машину сами

Всё это время водители улучшали грузовик своими руками. В кабину ставили сиденья и руль от «Волги». Рулевой редуктор с гидроусилителем снимали с ЗИЛ-130 и подгоняли по месту — работа долгая, но после неё гружёный «Газон» на асфальте перестал требовать всего тела на каждый поворот.

Почему его всё равно уважали

Ругали 53-й в основном те, кто уже знал, что бывает иначе. Для шофёра, пересевшего с ГАЗ-51 или довоенного ЗИС-5, новый «Газон» был примерно как иномарка сегодня: кабина просторнее, посадка выше, панорамное стекло, приличные зеркала, тормоза с двумя усилителями. И 115 л.с. вместо 75 на 51-м.

Время шло, машина не менялась, а вот шофёры и их запросы менялись, и к 80-м тот же грузовик ощущался уже совсем по-другому.

В 1989 году, когда на конвейер вставал ГАЗ-3307 с усилителем руля и мягким сиденьем, на уборке тринадцатилетний парнишка ездил на старом ГАЗ-53 с подушкой под собой, а чтобы вывернуть руль, упирался ногой в лобовое стекло, пишет В Движении.