Дизель на заправках не заканчивается, а бензин пропадает: объясняю на пальцах, в чем подвох

Ситуация с топливом в 2026 году продолжает держать водителей в напряжении.

Но есть странность, которую заметили все: бензин то появляется, то исчезает, а дизельное топливо спокойно продается на большинстве АЗС. И цены на него куда стабильнее.

Откуда такой перекос? Ведь и то, и другое делают из одной нефти. Давайте разбираться без сложных формул и заумных терминов.

Что такое нефть на самом деле

Сырая нефть — это не готовый продукт, а смесь десятков углеводородов с разными свойствами. Чтобы получить из нее топливо, нефть отправляют на первичную переработку — атмосферно-вакуумную перегонку.

Представьте огромную колонну, внутри которой температура распределяется неравномерно. Внизу жарче, наверху холоднее. Когда нефть нагревают примерно до 360 градусов, она превращается в парожидкостную смесь, которая поднимается по этой башне. На разной высоте разные фракции оседают:

• самые легкие пары конденсируются наверху — это прямогонный бензин;

• ниже собирается керосин;

• еще ниже — дизельное топливо;

• на дне остается мазут.

Вроде бы всё логично: каждая фракция находит свое применение. Но есть нюанс, который многое объясняет.

Почему с соляркой проще

Дизель после первичной перегонки — это уже почти готовый продукт. Его называют атмосферным газойлем. Да, он содержит много серы и других примесей, но старый трактор или армейский грузовик такой «переварят» без последствий. Для современных моторов топливо дополнительно очищают водородом — этот процесс отлажен десятилетиями, оборудование простое и производится в России.

С бензином история принципиально другая.

Тот самый «первак» с верхушки колонны имеет октановое число около 50–60 единиц. Это даже не Евро-2, а скорее «Евро минус 10». Залейте такое в жигулевский мотор — получите детонацию, звон и капитальный ремонт через пару десятков километров. А может, машина вообще не заведется.

Чтобы превратить этот полуфабрикат в нормальный АИ-92 или АИ-95, заводу нужно прогнать его через несколько сложных установок:

• каталитический риформинг — повышает октановое число;

• изомеризация — перестраивает молекулы;

• алкилирование — создает высокооктановые компоненты;

• добавление кислородсодержащих присадок.

Если хотя бы одна из этих установок ломается или уходит на плановое обслуживание, выпуск бензина падает сразу. Завод может гнать прямогон, но продавать его нельзя — октановое число слишком низкое. С дизелем такой проблемы нет: нагрел нефть, охладил — получил продукт.

Кто больше потребляет

Вторая причина кроется в структуре автопарка.

Легковые автомобили в России — это преимущественно бензиновые моторы. Таксисты, курьеры, обычные граждане заправляются АИ-92 и АИ-95. А вот грузовой сектор — магистральные тягачи, которые перевозят продукты, стройматериалы и товары народного потребления, — работает исключительно на дизеле.

Когда наступает кризис, коммерческий транспорт останавливать нельзя. Грузовики должны ездить, иначе встанут магазины и предприятия. Поэтому нефтеперерабатывающие заводы в первую очередь закрывают потребности именно по дизельному топливу. Бензин при этом уходит на второй план.

Почему так выходит с нефтью

Российская нефть марки Urals относится к среднетяжелым сортам. Из нее физически получается больше тяжелых фракций — дизеля и мазута, чем легких бензиновых. Чтобы сбалансировать выход продуктов, нужны установки глубокой переработки. Их всегда не хватает, а строительство новых занимает годы и стоит миллиарды.

Поэтому дефицит бензина — это не чья-то злая воля, а технологическое ограничение. Нефть так устроена.

Что это значит для водителя

Пока власти решают макроэкономические задачи, обычный автомобилист сталкивается с суровыми бытовыми реалиями.

Бензин. Есть не везде. Где-то отпускают строго по 20 литров в руки. Цены держатся на пределе допустимых значений, но найти свободную колонку — уже удача.

Дизель. Доступен стабильно. Очередей меньше, потому что основные потребители — фуры — заправляются ночью или по корпоративным картам.

Владельцы бензиновых малолитражек оказались в уязвимом положении. А вот те, у кого дизельные пикапы или внедорожники, чувствуют себя заметно спокойнее: их транспорт потребляет то, чего пока хватает.

Так что если вы присматриваетесь к машине на дизеле — сейчас это не только про экономию, но и про стабильность. По крайней мере, до тех пор, пока структура нефтепереработки не изменится.

Версия страницы для ПК